|
|
Вахтенный начальник объявил, что не верит в это.
Он сказал, что, по его мнению, бочонок догоняет нас просто потому, что попал в струю.
А постепенно, говорит, бочонок отстанет.
Ну, заговорили мы о другом, и песню спели, и снова замолчали, а вахтенный опять велел запеть; но тут стали сгущаться тучи, а бочонок все торчит на старом месте, и песня как-то нас не веселила, - так ее и не допели: никто не поддержал, она и замерла сама собой.
Сначала все молчали, а потом сразу заговорили, и один парень отпустил какую-то шутку, но никто даже не рассмеялся, да и сам он собственной шутке не рассмеялся, а уж это случай редкий.
Все мы мрачно уселись, стали следить за бочонком, и было нам здорово не по себе.
И тут вдруг надвинулась тьма и тишина; потом начал завывать ветер, молния засверкала, гром заворчал.
И скоро разразился настоящий шторм.
А один человек среди всей этой бучи побежал на корму, упал и вывихнул себе ногу, так что подняться не мог.
|
